Юрий Андреевич Андреев
Автор Administrator   
08.02.2009 г.
Оглавление
Юрий Андреевич Андреев
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Страница 28
Страница 29
Страница 30
Страница 31
Страница 32
Страница 33
Страница 34
Страница 35
Страница 36
Страница 37
Страница 38
Страница 39
Страница 40
Страница 41
Страница 42
Страница 43
Страница 44
Страница 45
Страница 46
Страница 47
Страница 48
Страница 49
Страница 50
Страница 51
Страница 52
Страница 53
Страница 54
Страница 55
Страница 56
Страница 57
Страница 58
Страница 59
Страница 60
Страница 61
Страница 62
Страница 63
Страница 64
Страница 65
Страница 66
Страница 67
Страница 68
Страница 69
Страница 70
Страница 71
Страница 72
Страница 73
Страница 74
Страница 75
Страница 76
Страница 77
Страница 78
Страница 79
Страница 80
Страница 81
Страница 82
Страница 83
Страница 84
Страница 85
Страница 86
Страница 87
Страница 88
Страница 89
Страница 90
Страница 91
Страница 92
Страница 93
Страница 94
Страница 95
Страница 96
Страница 97
Страница 98
Страница 99
Страница 100
Страница 101
Страница 102
Страница 103
Страница 104
Страница 105
Страница 106
Страница 107
Страница 108
Страница 109
Страница 110
Страница 111
Страница 112
Страница 113
Страница 114
Страница 115
Страница 116
Страница 117
Страница 118
и далекого целеполагания? Да, конечно. Пересотворения и
переориентации своей психики на святой курс доброжелательности? Да,
разумеется. Но помимо этого в копилке их ведущих принципов недоставало и
такой ценности, как активность, как стремление к целеустремленной
собственной деятельности.
 Теперь мы двинемся дальше, вдоль обозначенного здесь абриса первого
кита, то есть духовности. Что толку от высоких мечтаний Манилова, например,
который, задыхаясь от восторга, проектировал построить дом с бельведером,
откуда можно будет видеть даже Москву? Высокое целеполагание реализует себя
через активность личности, через ее деятельность. Когда-то великий поэт Гете
справедливо сказал: "Как можно познать самого себя? Только путем действия,
никогда путем созерцания. Попытайся выполнить свой долг, и ты поймешь кто
ты". Дух активный, деятельный, неукротимый - вот еще одна из определяющих
опор нашей духовности.
 Сладостно продремавший всю свою жизнь в теплой луже, рыхлый, страдающий
одышкой кит - это не та опора, которая может явиться фундаментальной основой
нашего здоровья.
 Подтверждение этой мысли о стратегической важности духа деятельного для
длительного здоровья я опять прежде всего нахожу в жизнеописаниях славных
долгожителей.
 Пабло Пикассо умер в возрасте 92 лет, не отдав никаких распоряжений
относительно своего художественного багажа. Учитывая, что в списке его
наследников было трое внебрачных детей, числилась его вторая жена и внуки от
первого брака с русской балериной Ольгой Хохловой, раздел имущества
представлял собой непростую задачу. К урегулированию конфликта было
привлечено четырнадцать контор и многочисленные эксперты, которые в течение
многих месяцев вели кропотливую работу по инвентаризации, оценке и
классификации художественного наследия Пикассо. Умер художник в 1973 г., но
только к лету 1977 г. эта работа была завершена. Ее итогом явилось
одиннадцать нотариально заверенных томов-реестров. В них содержалась опись
1876 картин художника, 7089 рисунков, 4659 рисунков в блокнотах, 18 095
гравюр, около 10 000 лито- и линогравюр, 1355 скульптур, 2880 произведений
керамики (о судьбе наследия можно сообщить, что все шестеро наследников
пришли к согласию о том, что лучшие из доставшихся им произведений они
передают в Национальный музей Пикассо).
 Естественно, я веду речь не о меркантильных проблемах, связанных с его
фондом, но прежде всего об этом могучем таланте. Веду речь о той
поразительной интенсивности творчества, которая определяла жизнь великого
мастера. Его работоспособность и неистовство в работе приводили к тому, что
он рисовал, писал, лепил всегда и повсюду, что не признавал никаких
передышек и перерывов в своей работе. Жан Тоссель, художник, лично знавший
Пикассо, вспоминал, что он мог усесться за мольберт, едва вынырнув из
бассейна, что он мог рисовать даже во время столь любимой им корриды, что он
хватался за кисть, порой прервав обед или беседу с друзьями. Он был не
просто художником. Он постоянно изобретал, выдумывал, искал, его творческое
наследие есть талант, помноженный на гигантский труд.
 Разумеется, величие художника не измеряется числом созданных им
произведений. Тот же Тоссель указывал справедливо,